Широкие привольные волжские песни

Рубрика: Основная |

Находясь за границей, в Америке, он внимательно следил за развитием искусства, писал о музыке, его привлекала музыкальная культура американского народа, негритянские и индейские мелодии. Отвращение вызывала у него «музыка толстых». В «Царстве скуки» он с возмущением говорит: «Странные фантазии рождает музыка нищих для забавы рабов. Хочется вырвать из рук музыканта самую большую медную трубу и дуть в нее всей силой груди, долго, громко, страшно, так, чтобы все разбежались из плена, гонимые ужасом бешеного звука…»

Некоторые считают, что в Новосибирске трехкомнатная квартира в новостройке по карману только состоятельным горожанам. Мы бы хотели развеять данный миф, предоставив точные цены на квартиры в новостройках. Для этого достаточно перейти по ссылке и посмотреть варианты трехкомнатных квартир в новостройках города.

В Италии Алексей Максимович общался с видными деятелями искусства. В «Сказках об Италии» отразились его впечатления о музыке итальянского народа. Во время второй поездки в Италию, в Сорренто А. М. Горький продолжает интересоваться искусством итальянского народа; известны его сообщения о том, какое большое внимание проявляют к русской музыке итальянцы. Писатель был очевидцем того, как городские оркестры на площадях играли увертюру Чайковского «1812 год», «Бориса Годунова» Мусоргского, произведения Бородина, Римского-Корсакова, Скрябина. В Италии он слушал музыку вместе с В. И. Лениным. «Вкусы его в музыке совпадали с ленинскими: он любил музыку Бетховена, Баха, Шопена, Грига. «Бетховен лучше всех писателей вместе»,-говорил Горький. Без конца мог слушать Алексей Максимович широкие привольные волжские песни. А трескотня фокстротов раздражала его…».

В автобиографической «Повести о жизни» К. Паустовский, рассказывая об учителе киевской гимназии Селихановиче, пишет: «Он «промыл» русскую литературу, как опытные мастера-реставраторы промывают картины. Он снял с нее пыль и грязь неправильных, мелких оценок, равнодушия. Философы, писатели, ученые, поэты, чьи имена до сих пор воскрешали в памяти только даты и сухой перечень «заслуг» перед человечеством, превращались в живых, ощутимых людей. В передаче Селихановича они никогда не существовали сами по себе, вне своей эпохи.

Вы должны войти, чтобы оставить комментарий Войти