Звездные связи школьного директора

Просторный кабинет директора завален мягкими игрушками, на столе в углу стоят коробочки. Как выясняется в ходе разговора, содержат они биологически-активные добавки, которые, судя по предлагаемым рецептам и убеждению хозяина, помогают корректировать обмен веществ. Тут же альбомы с фотографиями учителей, гимназистов и артистов.

ДЕТИ ФАБРИКАНТОВ
Олег Олегович начинает рассказ с того, как еще до его рождения завязывались его отношения с актерской элитой. В 1917 году, спасаясь от революции, его дедушка – богатый фабрикант, сделавший свое состояние на сукне, эмигрировал в Харбин. Туда же в то же самое время перебралась и не менее богатая семья Лундстремов. Отца шестилетнего Олега, который через много лет станет знаменитостью – руководителем джазового оркестра — пригласили на работу в Харбин на Китайско-Восточную железную дорогу.
— Началось это еще в далеком 1920 году. Мой папа Соколов Олег Константинович, когда учился в школе, сидел за одной партой с будущим народным артистом Советского Союза Олегом Леонидовичем Лундстремом, — говорит Олег Олегович.
Дети подружились. Да так крепко, что поддерживали связь даже после того, как повзрослели и разъехались. Молодой Олег Лундстрем создал свой джазовый оркестр, который быстро завоевал популярность в Китае. Играл на балах и приемах. А после войны со всем оркестром переехал в Советский Союз, в Казань. Откуда перебрался в Москву, приобретя мировую славу.
Тем временем его однокашника Олега Соколова судьба занесла под Караганду, в город металлургов. Долгое время он пытался отыскать своего школьного друга. Делал запросы в Харбин, но все безрезультатно. Пока однажды не прочитал в центральной газете некролог на смерть Утесова. Среди фамилий тех, кто приносил соболезнования, значился и Лундстрем. Соколов тут же написал письмо в министерство культуры. И очень скоро дирижер вместе со своим оркестром приехал на гастроли в Темиртау.
— В 1988 году, когда я ездил поступать в московскую ветеринарную академию, я жил на даче у Олега Лундстрема, — вспоминает Олег Олегович Соколов. — У меня, к сожалению, родители уже умерли. А Лундстрем — это ниточка в мое детство. Я очень люблю этого человека. На даче Олега Леонидовича гостил и Александр Гравис, с которым они вместе начинали в Харбине. Он познакомил меня со своим зятем – ведущим «Утренней почты» Юрием Николаевым, который возил тогда меня по Москве на своей «семерке», показывал столицу. Получилось так, что экзамены в московский вуз я провалил. Потому что в это же время в столице проходил фестиваль «СССР-Индия», и очень много артистов приехали с этого фестиваля на дачу Лундстрема отметить это событие. Конечно, я – тогда 18-летний юнец – как завороженный смотрел на всех этих артистов, какое там готовиться к поступлению! Естественно, я пролетел. Но зато пообщался с такими людьми – Понаровская, Отиева. Никогда не забуду обаятельную Пугачеву. Она ничем не отличается от простой русской тетки. Я понял, что артисты — такие же люди, как и мы. С теми же матерными анекдотами. С теми же где-то сальными шутками.

ПЕРВЫЙ ФУРОР
В тот же год Олег Соколов поступил в Омский институт, где и получил ветеринарное образование. Долгое время он работал с животными, в его жизни были и колхозы и подсобные хозяйства, затем ветеринарная фирма «Друг». Одновременно Олег Олегович получил в КарГУ диплом юриста.
Так прошло много лет. И вот в конце прошлого века Олег Олегович приватизировал одну из темиртауских школ, на содержание которой в городском бюджете не было денег. Теперь в его собственности – частная гимназия имени Тохтара Аубакирова. Там Олег Олегович работает директором, а также преподает детям латынь. Там же он загорелся идеей воспользоваться своими московскими связями.
— Став директором школы, я вспомнил и возобновил знакомства, — рассказывает он. – В 2000 году решил сделать подарок своим выпускникам – пригласить актрису Наталью Крачковскую к нам в гости. Все оказалось очень просто. Я позвонил ей, она сказала: проблем нет, приеду. Мы взяли билеты в Караганде, потому что так дешевле, отправили в Москву. После этого я не спал три ночи. Все думал, что я ей скажу. Представлял, какой это будет фурор, все равно ведь, мы грешны, есть у нас какая-то гордость, тщеславие. А в последнюю ночь я не спал, потому что боялся: вдруг она не сможет прилететь. Вдруг с самолетом что-нибудь случиться, вдруг рейс задержится. От нервного напряжения я был как зомби. Но когда она вышла из самолета, когда я вручил ей букет цветов, у меня такая нега пошла, такое умиление! А потом мы стали более близко общаться, и я понял, что это милая женщина, такая простая русская баба.
С тех пор в гостях у гимназистов побывали Татьяна Кравченко, Лев Дуров и Ирина Алферова, Борис Щербаков и Александр Панкратов-Черный. Встречи с артистами Олег Олегович старается использовать в воспитательных целях. «Естественно, на концерт 800 человек сразу не приведешь, — говорит Олег Олегович. — Поэтому у нас это стимул. Идут только лучшие дети, которые заслуживают. Мы говорим: вот тройку исправь, в другой раз пойдешь. Это очень сильно подстегивает. К тому же дети учатся у артистов, как надо себя вести, культуре общения. Панкратов-Черный, например, рассказывал им о том, как в детстве он любил девочку Лизу, которая носила ему в школу пирожки. После этого мы заметили, что и наши девочки стали больше дружить с мальчиками».

«ГДЕ КОНЬЯЧОК?»
С каждым годом записная книжка директора гимназии пополняется телефонами знакомых артистов. Он приглашает к себе и бывает дома у героев любимых кинофильмов, у кумиров, которых большинство из нас видят только по телевизору. Соколову удается находить с ними общий язык. Отношения налаживаются быстро. Артисты дарят ему свои диски и плакаты, а наш земляк, в свою очередь потчует их казахскими деликатесами.
— Почти все они очень любят нашу сырокопченую колбасу и казы. Каждый раз, когда я лечу в Москву, таможенники удивляются. Потому что обычно я везу по 15-20 килограмм колбасы. Ее всегда ждут. А Лев Дуров просто обожает коньяк «Казахстан». «Олеженька, а где коньячок?» – обычно интересуется он.
Помогает Олегу Соколову и его опыт работы в сетевом маркетинге.
— Много знакомств мне принесла фирма, занимающаяся продажей биологически активных добавок, — продолжает он. — В свое время мне дали пить продукцию другой фирмы. Я похудел. Но после того, как бросил пилюли, меня очень сильно разнесло. И я сказал себе: больше никогда в жизни никаких добавок! Но вышло иначе. Есть у меня в Москве очень хороший друг, долларовый миллионер, который занимается недвижимостью. Года два назад он упросил меня послушать свою жену. Мол, минут 15-20 ей удели, что тебе стоит. Она-то и убедила меня заняться этой продукцией. Я очень ей благодарен. Может, со мной кто-то не согласиться, но я высказываю свое личное мнение. Я получил массу здоровья, сбросил несколько килограммов. Кроме того это ведь хороший заработок. Сейчас и Лев Дуров и Ирина Алферова начали пить этот продукт. Кстати, подо мной подписаны и пародист Александр Песков, и Елена Яковлева, и Ирина Муравьева, и Наталья Крачковская, и Татьяна Кравченко.

ЛИЧНЫЕ СВЯЗИ
Особо теплые отношения сложились у Олега Олеговича с народной артисткой России Татьяной Кравченко.
— Когда Татьяна была здесь, у моего ребенка случился нервный срыв, рвота пошла, температура поднялась до 39 градусов, — вспоминает Олег Соколов. — Мы с супругой растерялись. А Танечка молодец. Она схватила мою дочку, на руках ее носила, успокаивала, отпаивала чем-то, уксусом растирала. В результате ребенок уснул, а утром проснулся счастливый, довольный. И сейчас девочка так обожает тетю Таню! Постоянно о ней спрашивает. Приходилось и мне помогать ей в трудных ситуациях. Хочу рассказать про жестокость вашего брата-журналиста. Приезжаю однажды в Москву, звоню Татьяне. Она рыдает. «Тань, что случилось?» – спрашиваю. «Приезжай, — говорит она, мне так плохо, нужен хоть какой-то друг». Я через пробки к ней долетел. Оказывается, накануне ее пригласили в закрытый клуб. Было мероприятие, посвященное памяти Леонида Гайдая. Туда, не знаю, каким образом, попала корреспондент газеты «КП». Нельзя этого делать! Засняли Татьяну за рюмкой и на разворот опубликовали. Надо ведь думать, что за женщиной кто-то стоит. У нее есть мать, у которой было предынфарктное состояние, у нее есть дочь, у которой была истерика. Мы с Татьяной тогда мотались. Я дочь отпаивал, она – мать. Это, конечно, страшно… В другой раз у Татьяны были проблемы с дочерью. Она бросила школу. Девочка очень высокая, а учительница географии назвала ее каланчей. И девочка закомплексовала. А Татьяна как раз очень интенсивно снималась, и у нее просто не было времени, как у нас у всех, проконтролировать собственных детей. Было упущено время. Она потом очень переживала. И я тогда внес свою лепту. Не один раз созванивались с Анечкой, разговаривал с ней. Я счастлив, что смог достучаться до ее души. Она не вернулась в ту же школу. Но пошла в вечернюю. И сейчас учится на дизайнера.

ГОНОРАРЫ
— Приходилось ли ссориться с артистами?
— Нет. Был только один неприятный разговор с директором Людмилы Марковны Гурченко. Когда он заломил, другого слова здесь нет, 25 тысяч долларов за ее приезд в Караганду, я сказал: извините, но она не стоит таких денег. Я понимаю, что он просто хотел мне отказать. Ну, чего греха таить? Все-таки 70 лет женщине. Но ему надо было просто найти другие слова. Объяснил бы по-человечески: понимаешь, Олег, она не может. Но в любом случае, мое уважение к Людмиле Марковне не стало меньше оттого, что ее директор назвал нереальную сумму.
— А как вообще у вас обстоит дело с гонорарами? Ведь на самом деле обычно визит артиста обходится недешево. На каких условиях они работают с вами?
— Некоторым гимназия оплачивает гонорары за выступления. А некоторым — только дорогу. Они дают эксклюзивные концерты для детей. Обычно, по закону сцены, гонорар нужно отдать до выступления. Но еще ни один артист с меня деньги авансом не брал. Все говорили: выступлю, потом посмотрим. И были случаи, когда, пообщавшись с детьми, даже отказывались от денег.

ЗАКИНУЛ УДОЧКУ
В этом году директор гимназии, юрист и ветеринар Олег Соколов снова хочет попытать счастье в московских институтах. Но на этот раз замахнулся гораздо круче, чем в годы своей юности. Собирается поступать на театральную специальность.
— У меня в детстве было четыре мечты: лечить животных, учить детей, быть юристом и, конечно, актером. Три из них я уже осуществил. А в этом году буду поступать во ВГИК или в ГИТИС. Еще не решил на режиссуру или на театральное искусство.
— А может, у вас нет актерского таланта?
— У меня мания величия. Я нисколько не сомневаюсь, что у меня есть талант! Даже если и нет, есть бешеное желание. К тому же мне Татьяна Кравченко обещала помочь поступить без экзаменов. Я очень надеюсь на это. А сыграть я мечтаю городничего. Мне кажется, я смогу. По-моему, городничий – это современная моя жизнь. Когда с детьми работаешь, надо на кого-то накричать, кого-то припугнуть, кому-то доброе слово сказать, приласкать. Это именно то, что делает городничий.
— У кого вы думаете играть?
— Когда Лев Константинович Дуров был у нас, я уже ему закинул удочку. Он сказал, что подумает. Посмотрим. Очень хочу попробовать. Но в шоу-бизнесе столько грязи, что я никогда туда не полезу. И никогда не уеду из Темиртау. Сейчас по городу упорно муссируются слухи, что Соколов продал гимназию и уезжает в Россию. Это все вранье! Я люблю этот город, здесь родился, здесь похоронены мои родители. И мне нравится воспитывать детей. Я сейчас нахожусь в той нише, которая мне интересна.