Грязный бокс

Александр Стрельников воспитал из начинающего Абайского боксёра Серика Сапиева, двукратного чемпиона мира по боксу. Теперь, мечту взять золото олимпиады, придётся отложить на четыре года.

После того как Серик Сапиев проиграл в бою за выход в полуфинал, его тренер в спешке поменял билеты и утром следующего дня покинул столицу Китая.
— Александр Владимирович, что за спешка? Почему вы не остались на церемонию закрытия Олимпиады, а срочно улетели в Караганду, причем без Серика?
— Я не мог там больше находиться. Меня там буквально все раздражало. Все подходят, начинают лезть в душу, советуют что-то… Надоело. Нервы тоже не железные, и я решил: пора уезжать. А Серик остался, не потому что хотел посмотреть закрытие Олимпиады, а из-за того, что билетов больше не было. Мне просто повезло, для меня нашли одно место, вот я и улетел.
— Так что же произошло на самом деле?
— Ты знаешь, Артем, я тебе так скажу: все, что могли, мы сделали. А остальное пусть останется на их совести. Да, ко мне сейчас подходят всякие умники и говорят, мол, надо было сделать так или так. Они не были там и не видели, что творилось. Если поединок купленный, то ты хоть что предпринимай, толку все равно не будет. Ведь никто не видел глаза Серика, когда он в перерывах подходил ко мне и спрашивал: «Почему очки не засчитывают, я же попадаю?» А я не знал, что ответить. Представьте, что у него в тот момент в душе творилось?! Мечта, к которой он шел так долго, на его глазах выскальзывает прямо из рук.
— А что же судьи, инспекторы? Неужели они не видели, что происходит на ринге? Почему не остановили произвол?
— Единственные, кому небезразлично, что происходит на ринге, — это зрители. Их возмущению не было предела, гул стоял такой, что заглушал все вокруг. А что касается инспекторов, то, как только начался бой между Сериком и тайским боксером, президент АИБА (Международной федерации любительского бокса) неожиданно встал и покинул свою VIP-ложу. Он присутствовал на каждом боксерском поединке, но почему-то ушел, как потом выяснилось, на награждение тяжелоатлетов, именно когда на ринг вышел мой боец. Разве это не странно? Позже мы подошли к нему и попросили разобраться. На что президент сказал, что он ничего не видел, поэтому ничем помочь не сможет. Вот она справедливость.
— Вы не пытались подать протест?
— И что толку? Думаешь, это помогло бы? Если они смогли заглушить четвертьфинальный поединок, то заморозить какой-то протест им большого труда не составит. Притом, даже если бы протест удовлетворили, на решение рефери в ринге это никак не могло повлиять. Решение судьи не отменяется.
— Этот инцидент не отобьет у Серика желание продолжить спортивную карьеру?
— Я думаю, что нет. Серик взрослый человек и все прекрасно понимает. Конечно, обида есть и останется навсегда. Но я ему не раз говорил, что таких взлетов и падений будет немало, главное — устоять на ногах и не опустить перчатки. А что будет дальше, покажет время.