«Дело об удавке» закрыли из-за мнимой смерти заявителя

Почти шесть лет прошло с того момента, как контрактника Маргулана Байжанова вынесли из полицейского участка Приозерска на носилках. Эту историю «Новый Вестник» рассказывал в марте 2010 года. Тогда Маргулан уже больше года добивался, чтобы на полицейских, которые душили его, завели уголовное дело. За эти годы сменилось три следователя. А недавно отцу мужчины сообщили, что дело закрыто из-за смерти его сына.

Шокированный и возмущенный Маргулан Байжанов, несмотря на болезнь, приехал из Шетского района, чтобы посмотреть на тех сотрудников, которые решили закрыть неудобное дело таким оригинальным способом. Ничего не добившись, он пришел в редакцию. События, которые привели к тяжелой травме, борьбе за жизнь и длительной реабилитации, произошли 20 октября 2008 года.

В тот вечер Маргулан вернулся домой — он служил по контракту в одной из частей Приозерска. И в запертой квартире обнаружил свою трехлетнюю дочь, предоставленную самой себе. Маргулан в гневе позвонил жене. Та сказала, что задержалась на дне рождения у подруги. Женщина пришла домой поздно и нетрезвой. Между супругами вспыхнула ссора, и Байжанов отвесил зазнобе несколько оплеух. Затем жене стало плохо после выпитого, и он вызвал ей «скорую». Медики сделали даме успокаивающий укол и уехали. А через некоторое время к ним домой нагрянули стражи порядка. Они получили сообщение, что муж побил жену. Несмотря на то, что супруга не имела никаких претензий и даже отказалась писать заявление, Байжанова все-таки увезли в участок. Маргулан думает, это произошло из-за того, что один из патрульных оказался ее дальним родственником.

— Полицейские заставляли меня написать заявление, что я избил жену. Я отказался. Потом они сказали, чтобы я подписал хотя бы пустой лист. Начали на меня давить и бить, — вспоминает Маргулан. — Я тогда здоровый был, оттолкнул капитана и побежал.

Байжанов добежал до проходной, там его догнали и стали избивать. Затем, по его словам, ему сзади накинули на шею веревку и стали душить. Он потерял сознание. Что происходило дальше, он узнал от родственников. Примерно в этот момент в участок приехал брат жены.

— Он зашел. Полицейские стояли в коридоре и не знали, что со мной делать. А у меня изо рта уже кровавая пена шла. Они думали, что я умер, — рассказывает Байжанов. — После того, как зашел брат, они вызвали «скорую».

Байжанова отвезли в российский госпиталь в Приозерске. Затем на вертолете перевезли в военно-клинический госпиталь в Алматы. В это время Маргулан находился в коме. Первые две недели он лежал в барокамере. Из-за асфиксии он перенес кислородное голодание мозга, потом несколько кровоизлияний. Когда пришел в себя, не мог говорить и передвигаться. Только через несколько месяцев к нему начала возвращаться речь.

В Приозерск Байжанов вернулся инвалидом. Ему пришлось распрощаться с военной карьерой. Даже сейчас, спустя столько лет, Маргулан с трудом говорит и ходит.

Бывший военнослужащий добивался, чтобы на полицейских завели уголовное дело. Несколько раз ему отказывали. Присылали отписки, что его слова не нашли подтверждения. Затем расследовать инцидент все-таки взялось управление собственной безопасности департамента внутренних дел области. Приозерские полицейские рассказали свою версию случившегося. По их показаниям, в ту ночь Байжанов был сильно пьян, а когда его забирали, он вел себя крайне агрессивно. Его доставили в участок и вызвали военную полицию. В этот момент поступило сообщение о драке. Полицейские оставили пьяного Байжанова в коридоре и уехали. Через какое-то время дежурный увидел, что контрактник повесился на ручке двери, перерезал веревку и вызвал «скорую помощь».

Расследование тянулось пять с половиной лет. За это время поменялось три дознавателя. Следователи склонялись к тому, что вина полицейских не доказана. Сотрудники УСБ посчитали, что хоть здоровью контрактника и причинен тяжкий вред, невозможно определить, каким способом — в результате повешения или удушения — он получил травмы. Дело так и не дошло до суда. Периодически Маргулана вызывали в Караганду. Но со временем это происходило все реже.

Байжанов лишился карьеры, расстался с женой и вынужденно уехал жить к отцу в Шетский район. Маргулан говорит, что он боялся за свою жизнь. В Приозерске его мучители постоянно ему угрожали.

В конце марта этого года отцу Байжанова позвонили из ОВД Шетского района. Звонивший просил забрать вещи сына, те, в которые он был одет в тот злополучный вечер. Полицейский сообщил, что дело закрыто из-за его смерти.

— Батя от злости трубку бросил! Сказал, что я не умер. Несмотря на это, полицейские приехали домой и привезли мои вещи. Почти шесть лет все это тянулось, и никакого толку. Еще моего отца расстроили. А ему уже больше 80-ти, — переживает Маргулан.

Маргулан Байжанов уже и не надеется, что тех сотрудников полиции все-таки накажут. После стольких неудач у него опускаются руки. За эти годы он несколько раз писал на блог министра внутренних дел, обращался в «Нур Отан», в областную прокуратуру, в военную прокуратуру, даже попал на «Прямую линию» с президентом. Все тщетно.