В Шахтинске акимат отдал предпринимателю многоэтажку

Дмитрий Буренков пытается отвоевать свою жилплощадь, пока из нее не сделали бутик или офис. Житель Шахтинска опасается, что очень скоро его туалет, комнаты и кухня окажутся посреди бизнес-центра. Напрасно Дмитрий пытался проникнуть туда, где прожил с семьей много лет. Ни полиция, ни суд, ни акимат ему не помогли.
В Шахтинске недалеко от городской администрации стоит красивый большой магазин «Техника в быту». Его хозяйка выложила все вокруг аккуратной брусчаткой, сделала зеркальный фасад. Стало чисто, сухо и уютно. На первых двух этажах идет торговля. Что происходит выше, не известно. Видно только, что везде стоят пластиковые окна. Словом, снаружи не здание, а конфетка.
Наблюдая, как хорошеет дом, Дмитрий Буренков не радуется. Когда-то он вместе с родителями, женой и ребенком жил в этой пятиэтажке — на центральном проспекте Шахтинска. Однако более десяти лет назад вынужден был оттуда съехать. Потому что дом отключили от тепла и электричества. Отрезали воду. Практически все соседи покинули свои квартиры. Поставив буржуйку, Дмитрий держался до последнего. Но потом тоже сдался.
Сейчас он и рад бы вернуться и восстановить две когда-то покинутые им квартиры – ту, что подарила мама, и ту, которую выделила ему шахта. Однако Дмитрия не пускают. Акимат через суд потребовал прекратить право его собственности. У пятиэтажки появилась новая хозяйка – владелица магазина «Техника в быту» Елена Савенкова.
Изначально она хотела превратить бывшие квартиры в гостиные номера, или сдать в аренду каким-нибудь фирмам или же открыть в них бутики. Тем более, что практически все бывшие жильцы не предъявили никаких претензий. И скорее всего, квадратные метры давно бы уже работали на благо малого бизнеса, но остался один единственный несговорчивый собственник, который решил бороться за свое имущество.
Дмитрий Буренков вместе со своей мамой Зинаидой Васильевной уже четвертый год упорно ходит по судам и уступать не собирается.

Площадь у акимата
Но шахтинская Фемида все время встает на сторону предпринимательницы. Еще в 2006 году появилось довольно странное, на наш взгляд, решение суда. Тогда владелица магазина подала иск на местный акимат, потребовав отдать ей пустующую часть здания. Чиновники не стали долго спорить. И заключили с бизнес-вумен мировое соглашение. В обмен на часть здания Елена Алексеевна обещала благоустроить городской сквер.
Правда, вместо сквера в итоге она выложила брусчаткой площадь перед акиматом на три миллиона тенге. Как бы то ни было, обе стороны остались довольны. И никогда об этой необычной сделке никто бы не узнал, если бы Буренковы не стали везде, где возможно, показывать документы на свои квартиры.
Когда они пошли в суд, акимат тоже написал на них заявление, требуя прекратить их право собственности.
Предпринимательница на суде доказывала, что только благодаря ее заботам дом сохранился. Бомжи и проститутки ходили туда «как на работу», все металлические и деревянные конструкции с верхних этажей вынесли. В стенах и на крыше образовались большие дыры. И если бы она не замуровала кирпичом все входы и выходы, от дома бы вообще мало что осталось.
И судья внял этим доводам. Решив, что, сохраняя здание, Савенкова заботилась не только о своем бизнесе, но заодно и приносила пользу обществу. В отличие от Буренковых, которые бичей не гоняли и дыры в стенах не заделывали. А раз так, решено было Буренковых прав на жилплощадь лишить.
Те стали жаловаться. Дошли до Верховного суда. Там все решения не в пользу Буренковых отменили и велели суду Шахтинска снова как следует в деле разобраться. Заседания пошли по второму кругу. И снова жильцы проигрывают.

Две квартиры за пять тысяч
Зинаида Васильевна доказывает, что ее семья не по своей воле бросила жилье. Что Буренковы прожили в этом доме 30 лет. И даже оставив квартиры, продолжали за них переживать.
— В 2004 году нас пригласили Савенковы и предложили три тысячи тенге за двухкомнатную квартиру и две тысячи — за однокомнатную, — рассказывает она. – Я тогда сказала сыну: «Ты что! Не вздумай подписать какие-то бумаги. Ни в коем случае!» Он пожал плечами: мол, если станешь бодаться, потом и пяти тысяч не получишь. Но представляете, что такое пять тысяч тенге за две квартиры?
Однако, насколько известно, только Буренковых не устроила предложенная сумма. Большинство соседей взяли деньги.
— Тогда я лично ходила в акимат, — продолжает Зинаида Васильевна. — Главный архитектор города заявил мне: дескать, женщина, что вы упираетесь, вы же неглупый человек, там все решено. Как решено? У нас же приватизация. Я сказала, что мы будем восстанавливать квартиры и жить. А мне ответили: ну, вы прямо как ребенок. Тогда даже архитектор предлагал мне деньги, прямо в акимате можно было получить пять тысяч тенге в обмен на бумаги. После акимата я сразу пошла в прокуратуру. Прокурор долго молчал, а потом спросил: «А из какого фонда вам предлагают деньги в акимате?» Короче говоря, прокурор мне объяснил: если у вас квартира приватизированная и все документы на руках, никто не имеет права лишить вас собственности. Ну, я и успокоилась.
Как потом оказалось – напрасно. Прошло еще три года – и Зинаида Васильева увидела, что в доме, где она раньше жила, начали вставлять пластиковые окна. После этого она и начала судиться.
Недавно суд снова вынес решение в пользу акимата и предпринимательницы. Но пока оно не вступило в законную силу, хозяином двух квартир над «Техникой в быту» остается Дмитрий Буренков. Однако, несмотря на все подтверждающие его права документы, он не может попасть в свое жилье. На единственной, ведущей наверх лестнице, стоит турникет.

«Я удивился»
Мы связывались с хозяйкой магазина. Однако ни она, ни ее юрист не захотели высказать в газете свою позицию. Ситуацию прокомментировал заместитель акима Шахтинска по вопросам ЖКХ Александр Аглиулин.
— Честно говоря, когда вы позвонили, я был не в курсе всего этого. И удивился, когда вы сказали, что Савенкова сделала площадь перед акиматом в счет того, что ей передали дом.
— Получается, что теперь я могу подать на акимат Шахтинска в суд, чтобы вы мне какое-то здание отдали? А потом откажусь от иска и мы заключим взаимовыгодное мировое соглашение?
— Мы сейчас немного утрируем. В суде приводятся какие-то доводы и доказательства. Правильно? Судья же не просто так выносит решение. Не могу утверждать, как именно было в случае с Савенковой. Но, думаю, что она принесла в суд какие-то квитанции в доказательство того, что платила за кирпич. То есть она доказывала, что понесла какие-то затраты на содержание дома. Я так понял, что суд оценил те затраты именно в переданную ей квадратуру. Хочу отметить, что в этом доме 19 квартир – наши, государственные. Они у Савенковой в собственности не состоят.
— Что будет с ними?
— Пока думаем. В доме часть квартир Савенковы купили у собственников, часть – это коммунальная собственность. Возможно, будем восстанавливать их совместно, на условиях государственного частного партнерства.
— Возможна ли такая ситуация сейчас, чтобы в обмен на какие-то услуги, акимат отдал дом частному лицу?
— В законе есть четкий механизм передачи из государственной собственности в частную. Это аукцион. То есть если будет потребность у какого-то частного лица купить государственную собственность и если государству это здание не нужно, тогда оно выставляется на аукцион. Определяется какая-то стартовая стоимость. И потом пускай покупают. Чтобы вот так просто тупо отдать здание в обмен на что-то — честно говоря, я удивился такому решению суда. Но, видимо, сложное время диктовало свои условия. Помните, в 2006, 2007 годах пустующие здания массово растаскивали на кирпичи? Сомневаюсь, что дом перед акиматом также растащили бы. Но всякое бывает. Поэтому, вполне возможно, что какую-то социальную миссию предпринимательница выполнила.
Однако Буренковы с этим категорически не согласны. И продолжают доказывать в судах, что не правильно путать частные интересы с общественными.