Увезу тебя я в тундру

Якуты привезли в Караганду северных оленей. А чтобы рогатые не голодали, захватили с собой несколько сотен мешков с ягелем. Лишайник для парнокопытных обитателей тундры — обычная еда. Они жуют его каждый день. А вот печенье получают только в награду за хорошее поведение на арене. За кусочек сладкого лакомства олени готовы развлекать публику: перепрыгивать через нарты и ходить по барьеру. Эти и другие трюки труппа «Бриллиантового цирка России» из республики Саха будет целый месяц показывать в карагандинском цирке.

Если быть точными, рогатых артистов всего три. Это оленихи. Причем одна из них белая, что особенно ценится у северных народов. Согласно якутским поверьям, олени-альбиносы наделены мистической силой и даже могут исполнять желания. Впрочем, эти сказки, скорее, из области шаманских практик и к современному цирку отношения не имеют. «Оленья мама», дрессировщица высшей категории, отличник культуры республики Саха Екатерина Никифорова лично ни с одним шаманом не встречалась. И хотя многие ее знакомые ездят к местным знахарям лечиться, сама она боится общаться с колдунами, которые обтягивают оленьей кожей бубны и колотушки — инструменты для путешествий по верхним и нижним мирам.

Екатерина Савельевна ни за что бы не отдала своих подопечных на переработку. Много лет она возиться с этими животными и успела к ним сильно привязаться.

— От оленя кроме скелета ничего не остается, — рассказывает артистка, поглаживая спокойную серую Надю. — Все идет в дело. Из шкур шьют теплые штаны и куртки для охотников. Из копыт мастерят погремушки для детей. Из рогов — сувениры, рукоятки для ножей. Из пантов — лекарства. Мясо считается деликатесом. Кто ест оленину, говорит, что самая вкусная часть — это его носик. Он очень мягкий. Но я за всю жизнь, а мне уже полтинник, ни разу не попробовала! Принципиально не ем оленину. Разве можно от своих детишек что-то брать и кушать? Конечно, нет!

К слову, артистка всех своих животных называет «детишками». Интересно, что дрессировщицей она стала совершенно случайно. 20 лет назад Екатерина Савельевна привела сына в детскую цирковую студию. А узнав, что цирку требовался гример, сама же там и осталась. Сначала делала артистам сценический макияж, потом шила для них костюмы, а после работала заведующей складом. И неизвестно, чем бы закончилась эта закулисная карьера, если бы однажды после гастролей московского цирка в Якутске не осталась годовалая обезьянка. Тогда никто не имел представления, как обращаться с этой экзотической малышкой. Никто из артистов не хотел тащить зверька к себе домой — мало ли как он отреагирует на детей. И только Екатерина Савельевна рискнула. Ее сын и дочка как раз в то время учились в цирковом колледже в Китае, и женщине очень хотелось о ком-то заботиться. Сначала она, видя острые зубки макаки, немного трусила. Но вскоре привыкла и полюбила животное, как собственного ребеночка. Стала его воспитывать, обучать элементарным трюкам. А уже через год вышла на арену со своим первым номером.

— Потом я дрессировала коз. А позже — ездовых собак, лаек, лис и моего любимого песца Манюшку. То есть всю нашу северную фауну собрала, недоставало только оленей.

— Где же вы их взяли? Выловили в тайге?

— Они пасутся в тундре. Это очень далеко — 500-1000 километров от города. Но в улусах у нас разводят оленей на специальных фермах. Первую пару мы купили в частном «Даймонд парке». И оказалось, что олени вообще дрессировке не поддаются. Это дикие животные. Они ходят стадом по тундре. И совершенно не понимают человеческого языка. Их бесполезно наказывать. Они просто не отреагируют. Ударишь, а они посмотрят удивленными глазами: «Что такое? Что-то случилось?» И на этом все. Только с помощью печенья да хлеба удается их как-то стимулировать на заучивание какой-то последовательности движений.

— Олений мох тоже покупаете на фермах?

— Что вы! Сами собираем! Регулярно устраиваем в цирке субботники: выезжаем всем коллективом в тайгу на заготовку. Никто не возражает. Лишайник очень мягкий. Его приятно рвать. И так с весны до осени все должны собирать ягель. Это очень важно для оленей. Конечно, в отличие от своих собратьев с воли, у нас они могут есть и комбикорм, и сено, и морковку с капустой. Но самая полезная пища — это именно ягель. В день у нас уходит по два мешка.

— Чего ваши олени больше всего не любят?

— Они не любят воды. Их мыть очень тяжело. Это у нас целая проблема. Соглашаются только на самый минимум. Тазик с водой ставишь. Они бьют копытами. Брызги летят на бока — и на этом все, считай, что помылись. Природа так устроила, что шкура оленя и без ванны всегда чистая. Только в период линьки я аккуратно чищу их влажной тряпкой.

— А как ваши олени переносят гастроли?

— В дороге, конечно, стресс получают, но потом отходят. Возим их на фурах или в багажном отделении самолета в специальных ящиках. Перед поездкой заранее готовим, заводим в ящики. Чтобы они привыкали и не дергались. Дорога ведь от нас всегда неблизкая. От Якутска до Москвы шесть часов на самолете лететь!