Чего хочет кукла? (фоторепортаж)

Вроде бы обычная квартира на пятом этаже — в хрущевке на окраине Майкудука. Но едва зайдешь — уже с порога настроение подымается. Потому что тебя встречают множество трогательных существ, выглядывающих из зала. Огромные глаза, пухлые губы, тоненькие носики, пушистые локоны — это матерчатые куклы ручной работы. Хозяйка квартиры Ирина Майская за год пошила целую армию мягких подружек.

И это при том, что Ирина Петровна никогда прежде к рукоделию отношения не имела. Всю жизнь она посвятила серьезному делу — управляла 50-тонным краном на заводе металлоконструкций. Участвовала в изготовлении деталей для алматинской телевышки, для столичного Байтерека и для возведенного по японской технологии моста, что стоит в Семипалатинске. Если бы лет 20 назад ей кто-нибудь сказал, что однажды она будет шить, ни за что бы не поверила.

Новая жизнь

— Началось все с того, что я пошла на пенсию…

Как у почтальона Печкина из любимого мультфильма, с уходом на заслуженный отдых у Ирины Петровны связаны только приятные эмоции. Когда трудовые будни остались позади, началось самое увлекательное — творчество.

— Я не представляю, как можно сидеть на пенсии и ничего не делать. Обязательно нужно что-то мастерить. Иначе  с ума сойдешь. Человек создан не для того, чтобы есть и спать, а чтобы еще творить.

— Муж поддерживает?

— Иногда высказывает свои объективные оценки. Я обижаюсь. Например, говорит: ты еще не доросла до выставки. Да я это сама понимаю.

— До скандалов доходит, — хмурится супруг.

—  Это моя отдушина, — продолжает Ирина Петровна. — Мне нравится и шить и смотреть на них потом. Я не ем и не сплю. Всю ночь сижу и волосы пришиваю. А потом вижу: что-то мне голова не нравится — дай ка я ее оторву. А когда наконец выходит хорошо, я любуюсь. И однажды кому-то подарю. А продавать почему-то не получается. Однажды появилась у меня клиентка. Но у нас с ней не сложились. В итоге я разозлилась. Муж говорит: сшей, отдай и перекрестись. Я села за машину – а она не шьет! Не шьет – и все тут! И я решила – все: не надо мне никаких денег. На хлеб мне хватает. А куклы для меня – это, наверное, крик души. С ними распрощаться трудно. Пусть лучше со мной остаются.

Тряпочная душа

— Если неправильно сделать наклон стопы в выкройке, кукла не будет стоять, — делится секретами Ирина Петровна. — Можно пониже разместить нос — ребенок получится, чуть повыше — уже девушка. Глазки чуть выше — взрослая кукла. А чуть пониже — пупс.

— То есть передать какие-то физиологические особенности для вас не проблема?

— Нет. Однако обычно получается не то, что я хочу. На это жалуются все кукольники. Кукла делает сама себя. Она, конечно, не живая. Я не знаю, как это объяснить. Иногда платье шьешь для нее — а не получается. Это потому, что кукла хочет другой наряд. Шью на одну, надеваю на другую. Они у меня любят переодеваться. Кукольницы — все до единой — утверждают, что они живые. Рассказывают даже, что, если у куклы быстро стирается обувь, от нее стараются быстро избавиться — продать. Но я в такое не верю. Некоторые просто себе имидж делают. Душа в кукол вложена. Но души в них нет. Мои куклы не гуляют. Сплю я нормально. Ну как они могут по ночам оживать? Это же бред сивой кобылы. Но люди признаются, что при виде моих творений они испытывают какие-то мистические переживания. Наверное, не зря говорят, что куклы — это нечто сакральное.

Фото Виктора Майского