После «бесобинских» дел карагандинские прокуроры предложили ужесточить закон

Мухамедкарим Бектурсинов

Суд над последним бесобинским чиновником заканчивается. Четверо его коллег осуждены. Казалось бы все точки над i уже расставлены. Однако, как показывают письма наших читателей, общественность до сих пор пребывает в недоумении. Карагандинцы задаются вопросом: а тех ли отправили на скамью подсудимых? И почему люди, которые сделали неправильные геологические изыскания, которые кое-как спроектировали и построили «Бесобу», ушли от ответственности. Эти вопросы мы адресовали начальнику управления специальных прокуроров области Мухамедкариму Бектурсинову.

— Они не ушли от наказания, — возразил специальный прокурор. — При расследовании чрезвычайной ситуации в жилищном комплексе «Бесоба» мы установили всех лиц, которые в той или иной мере были виновны в создавшейся ситуации. Проектировала комплекс алматинская фирма ТОО «НС Дизайн» (директор Бисенов). Заказчик и генподрядчик — ТОО «SAD» (директор Сипун). Застройщик — ТОО «Сервиспромснаб» (главный инженер, начальник строительства Летуновский). Субподрядчик — АО «Столичная недвижимость» и ТОО «Столичная недвижимость Караганда» (учредитель Бектаев). Экспертизу проекта делали в ТОО «КарСтройЭкспертиза» (директор Юрченко, главный специалист Вибе, специалист Лазарев). В ходе расследования в их отношении были возбуждены уголовные дела по статьям 245 и 245-1 (часть вторая): «Недоброкачественное строительство, повлекшее по неосторожности тяжкие последствия, нарушение правил безопасности при ведении строительных работ, повлекшее по неосторожности тяжкие последствия». Однако эти преступления относятся к категории средней тяжести, поскольку максимальный срок наказания, который они предполагают, не превышает пяти лет. А значит все подозреваемые попадали под действие закона «Об амнистии в связи с двадцатилетием государственной независимости».

— То есть застройщикам и проектировщикам все-таки предъявляли обвинения?

— Мы провели полное расследование, установили их вину. И все они свою вину признали. Но у нас, как вам известно, вступил в силу указ президента, направленный на гуманизацию уголовной политики. Ко всем лицам, совершившим преступления средней тяжести, применяется амнистия. По закону мы вынуждены были прекратить уголовное преследование. То есть государство их амнистировало, не мы. В случае если бы они не признали вины, мы направили бы эти дела в суд.

— Вы не сказали о геологах.

— Геологические изыскания якобы проводил Оганесян. Но ни в проекте на строительство объекта, ни в заключении экспертиз по проекту, нет ссылок на его заключение. В отчете, который представил Оганесян в госкомиссию и следственные органы, указаны глинистые грунты. А проект был разработан на основе песчаных грунтов без ссылок на какие-либо геологические отчеты.

— Что дает жильцам, оставшимся без квартир, тот факт, что застройщики признали вину?

— Каждому потерпевшему объяснили, что прекращение дела в отношении этих застройщиков, проектировщиков, заказчиков, генподрядчиков не лишает права обратиться в суд за возмещением ущерба. То есть они могут уже в рамках гражданского судопроизводства добиваться восстановления своих нарушенных имущественных прав.

— Все понятно. Но несправедливо.

— Да, на первый взгляд несправедливо. Но я же вам объясняю, почему мы приняли такое решение. Далеко не надо ходить. Посмотрите, что происходит у наших соседей в Российской федерации. Если помните, в Москве в 2004 году обрушился аквапарк. Были большие человеческие жертвы. 28 человек погибло, в том числе 8 детей, многие получили травмы. К ответственности привлекли одного застройщика и одного проектировщика. И в их отношении преследование также было прекращено — в связи со 100-летием Государственной Думы. И все суды по инстанциям это решение засилили, то есть оно вступило в законную силу. Хотя, казалось бы, мера несоразмерна тем последствиям, к которым привели действия строителей. У нас аналогичная ситуация. Все упирается в амнистию. Мы как исполнители, как правоприменители вынуждены были поступать в точном соответствии с законом. Но я еще раз подчеркиваю: каждый потерпевший может обратиться в гражданском порядке в суд.

— В таком случае напрашивается вывод, что Уголовный кодекс работает как-то неправильно.

— К сожалению, наш закон несколько гуманен к такого рода преступлениям. Мы направили в генпрокуратуру свое ходатайство. Предложили внести изменения в статьи 245 и 245-1. Мы поставили вопрос об ужесточении санкции за данный вид преступления. У нас будет новая редакция уголовно-процессуального кодекса. Мы надеемся, законодатель учтет наши предложения.