В Караганде прошел очередной ювелирный конкурс «Зергер»

Тончайшее искусство выплавки драгоценных металлов и огранки милых дамскому сердцу камней представили на суд карагандинцев. Более двух десятков ювелиров выставили свои работы в зале местного художественного музея.

Узоры серной кислотой

Когда идешь на конкурс ювелиров, ожидаешь увидеть блеск бриллиантов и благородные оттенки золота, однако на этот раз в выставочном павильоне представили то, что мгновенно выделялось на общем фоне. Высокие резные вазы, сделанные то ли из тонкого кружева, то ли из медной проволоки, украшенные шишками и крашеными орешками, привлекали внимание почти всех, кто приходил на выставку.

Автор необычных сосудов – Тамара Ширина из Жезказгана. Секреты изготовления своих шедевров она раскрывает охотно, но тут же добавляет: работать в этой технике опасно.

— Я делаю свои вазы из обычных пластиковых бутылок, — рассказывает мастерица. – А узоры на них я выжигаю серной кислотой.  Больше делать не смогу, запасы ее кончаются. Это мне как-то дочь принесла, она раньше работала на производстве, и могла ее достать. Кислоту я заправляю в шприц, и  им вывожу тонкую вязь по пластику. Она его разъедает и получается вот такое «кружево».

Однако, цена такой красоты велика: руки Тамары покрыты мелкими коричневыми пятнышками – химическими ожогами. Глаза, как признается она сама, стали болеть и хуже видеть, да и в процессе работы она нередко начинает задыхаться и испытывать сильные головные боли. Но все же бросить любимое дело она не решается. Душа требует прекрасного, а другие техники уже не приносят такого удовлетворения.

— Я по образования художник-дизайнер, — делится Тамара. – Работаю у себя в центре детства и юношества. Я рисую картины, плету, шью, занимаюсь флористикой. Вот эту технологию с кислотой придумала сама. Но детям ее я, конечно, не показываю. Это очень опасно и вредно. Вообще пусть никто этого не делает.

Несмотря на то, что изготовление декоративных фаз так дорого обходится художнице, продавать на выставке она их решила по довольно демократичной цене. Правда, сравнив свои запросы с ценниками товарищей, решила просить за свое искусство больше.

— Самую большую вазу я продавал за десять тысяч, — говорит мастерица. – Но посмотрела на других и решила, что продешевила. Теперь она стоит двадцать пять тысяч. А те, что поменьше  — по пятнадцать и десять. Это все-таки мое здоровье, не просто хобби.

Впрочем, покупатели у Тамары есть. По ее словам, спросом вазы пользуются у ее земляков, причем у весьма не богатых.

Миллион за шкатулку

На выставке далеко не все старались привлечь потенциальных покупателей низкими ценами. Для некоторых ювелиров, как оказалось, цена  — это что-то вроде  экспертной оценки их работы. Так считают мастера Евгений Кузьмин и Юлия Терентьева. На конкурсной            витрине они представили совместно выполненную шкатулку «Сарыарка». Основа ее вырезана из мореного карагача и обтянута кожей. Крышка украшена полудрагоценными камнями и серебром. С четырех сторон на ней красуются головы орлов – символы степной жизни. Сама она круглая, предназначена для гарнитура из ожерелья, кольца и сережек, которые, правда, пока еще не готовы. Предполагается, что колье уложат по кругу, а остальное спрячут в специальное  внутреннее отделение в центре.

— Вообще, шкатулка должна продаваться вместе с гарнитуром, — рассказывает Евгений. – Но пока он еще только в разработке. Буквально перед самим конкурсом мы доработали саму шкатулку – добавили серебра, украсили бортики. Чтобы проверить, понравится ли она публике, выставили ее в ЦУМе. Цену ее определили в 730 тысяч тенге.

Несмотря на столь нескромные запросы авторов работы, покупатели все же нашлись. По словам Евгения, его творение не нашло себе хозяина лишь потому, что для шкатулки не нашлось должной упаковки. Покупатель во что бы то ни стало спрятать ее в специальный мешочек. Над ним ювелиры обещали поработать и вернуть шкатулку на витрину. Правда, насколько вырастет ее цена в этом случае, они не уточнили.

По поводу «космических» ценников ситуацию прокомментировала Наталья Вшивцева, руководитель общества «Шебер».

— Конечно, цены на конкурсные работы высокие, — говорит она. – Но это ведь все эксклюзив. Тут есть и бриллианты, и золото самой лучшей пробы. На создание этих работ ушли месяцы. Отсюда и цена такая. Но вы можете видеть, что в этом году работ меньше. Это связано с тем, что у нас количество переходит в качество. Участники делают не по три работы лишь бы быстрее, а по одной, зато тщательно продуманной и идеально выполненной.

Деревянные гимнастки

Были на конкурсе и мастера. Работающие не ради больших заработков, а для души. Таким оказался Атахан Мухтархан из Шымкента. Он сам не считает себя ювелиром, вместо этого представляясь ремесленником, как и его отец.  На выставку он привез седло ручной работы, саблю, кованое блюдо и несколько скульптур, вырезанных из дерева. Большинство из них – стилизованные  женские фигуры, причудливо сплетающиеся между собой, изогнутые, как будто под порывами сильно ветра. Все эти работы мастер сделал после знакомства с казахстанской гимнасткой Алией Юсуповой.

— Она меня очень вдохновила, — рассказывает мастер. – Мы сейчас с ней поддерживаем отношения. Когда проходят соревнования на призы от ее имени, я вырезаю фигурки для победительниц. Выступаю своего рода меценатом.

Атахан сумел приучить к творчеству и своих сыновей. Два брата-близнеца с самого детства занимаются резьбой по дереву и украшением конской сбруи. Раньше они делали паучков и скарабеев из орехов и семечек разных растений, но теперь, когда им по 16 лет вырезают из дерева брелоки — сердечки, и дарят их понравившимся девушкам.

— Я как-то был в Венеции, — вспоминает Атахан. – Там я продавал свои работы и привез несколько работ сыновей. Оказалось, что там такие поделки очень популярны и стоят больших денег. У меня их мигом разобрали. Я только спустя некоторое время понял, что мог бы продать их дороже, ну это уже в прошлом. Главное, что работы моих сыновей пользовались даже большим успехом, чем мои. В нашей стране это наоборот.