Вспышки кошачьего коронавируса в Караганде не наблюдается

Карагандинские кошатники и зоо-волонтеры называют слухи о том, что в Караганде бушует кошачий коронавирус, который иначе называется FIP, фейками. Кошки болели и умирали всегда. И в последнее время количество жертв опасной инфекции не выросло. Никакой вспышки у нас не наблюдается. Панические публикации в интернете, по мнению специалистов, преследуют цель устроить шумиху на пустом месте, «словить хайп» — и не более того.

Вспышка на кошачьем острове

Напомним, что волну стали поднимать блогеры, после того как газета Daily Mail рассказала о беде на острове Кипр. «Говорят, что число кошек, умирающих от вспышки, — написало издание, — значительно превышает 107 случаев FIP, официально зарегистрированных министерством сельского хозяйства в южной части острова». Слухи увеличили официальную статистику в три тысячи раз. Daily Mail сообщило, что «несколько человек, которые кормят бездомных кошек, заметили сокращение численности кошек на острове, а некоторые даже находят трупы на улицах». Фотографии с горами кошачьих трупов издание не представило. Зато процитировало Диноса Агиомамитиса, главу Cats PAWS Cyprus и вице-президента Cyprus Voice for Animals. Именно Динос и заявил, что с января умерло 300 000 кошек. Но при этом он же отметил, что на Кипре «бездомышей» очень много, так что «диагностировать и подсчитывать каждую инфекцию практически невозможно».

Ситуация в Казахстане

Как бы печально ни обстояли дела на Кипре, остров от Казахстана далеко. Специалисты считают, что у жителей нашей страны нет причин переживать за своих питомцев. В комитете ветеринарного контроля и надзора Министерства сельского хозяйства РК любителей кошек успокаивают. «На сегодня подведомственным организациям комитета не поступали обращения от владельцев домашних питомцев, а также не выявлены случаи заболевания домашних питомцев, — говорится в официальном заявлении комитета».

Карагандинка Инна Радченко, председатель общественного объединения «Дари добро» и общественный инспектор по вопросам внедрения закона об ответственном отношении к животным, считает, что в данный момент нашим кошкам эпидемия не угрожает. Да, кошачий коронавирус – тяжелейшее заболевание, однако массового заражения ни в Караганде, ни в целом по Казахстану, нет.

— Блогеры пусть пишут что угодно! – говорит Инна Радченко. — Они никогда животными не занимались. Нахватались какой-то информации. Но сами разве видели эти трупы тысячами, о которых рассуждают? Я, например, не видела. FIP – инфекционный перитонит кошек, или коронавирус, существует давным-давно. Мы знали об этом заболевании задолго до пандемии человеческого коронавируса. Да, сейчас может сложиться мнение, что FIP встречается чаще. На самом же деле, его просто научились диагностировать. Раньше мы не понимали, отчего животное умирало. Ставили герпес или другую инфекцию. Тем более, что у FIP есть две разновидности – мокрый и сухой. При сухом животное быстро усыхает до скелетообразного состояния, отказывают внутренние органы, оно уходит. При влажном — заболевание длится долго. Животное много ест. Но влага не усваивается организмом, а выделяется в брюшную полость. У животного начинает надуваться живот, жидкость давит на внутренние органы, начинает отказывать печень. Животное умирает медленно и мучительно. Причем у нас в клиниках начинают откачивать эту жидкость, хотя откачивать нельзя. В общем, там много спорных моментов. И очень долгое время не умели определять болезнь. Но лет пять назад в России заговорили, что научились диагностировать, а затем и лечить FIP. Потом в Алматы появилась целая группа добровольцев, которые назвали себя «Воины фипа», они за свои услуги деньги не берут, только помогают просчитывать правильное лечение, курируют тех, кто решил бороться за свое животное, привозят препарат. Когда я года четыре назад первый раз лечила кота от FIP, то заказывала у них препарат. Потом оказалось, что такие препараты давным-давно использовались в Китае и в Израиле. Но они не сертифицированы в Казахстане. И, соответственно, традиционные ветклиники их не признают. Волонтеры лечат на свой страх и риск, получают хорошие результаты. Да, препарат достаточно дорогой, лечение длительное. Не каждый может себе позволить. Но это никоим образом не основание для паники. Нет причин кричать: «Караул! Эпидемия у кошек! Мы все умрем!» Ничего подобного. Коронавируса у нас ничуть не больше, чем ринотрахеита, калицивироза или хламилиоза, от которых кошачьи тоже гибнут.

Кстати, курс лечения тем же препаратом с черного рынка, который используют кошатники Кипра, карагандинцам обходится примерно в 250 тысяч тенге (одна ампула на пять уколов стоит около 15ти тысяч тенге). Интересно, что, по данным российских изданий, в крупных городах соседнего государства курс инъекций с учетом проведения промежуточных контрольных анализов крови, УЗИ, симптоматического лечения обходится примерно в 250–300 тысяч рублей.

Можно ли заразиться?

— Те кошки, которых мы вылечили, прекрасно сосуществуют с другими животными, не заражая их, — продолжает Инна Радченко. — Хотя в стадии ярко выраженного заболевания считается, что FIP может передаваться через совместные лотки. Но опять-таки это только считается. Доказательств я не видела. Я читала о том, что FIP очень заразен, но могу уверенно сказать, что это не так. Мы лечим кошек не первый год. И я точно знаю, что животные просто от общения друг с другом FIP друг другу не передают.

— А человеку?

— Человеку – тем более. Это совершенно другой штамм. Была паника во время пандемии. Нас пугали, что кошки — переносчики коронавируса. И было очень много научных опровержений. Коронавирус у кошек был, есть и будет. Он существовал задолго до человеческого. И никогда никакой опасности для людей не представлял. Еще в пандемию я говорила о том, что если бы кошечий коронавирус был опасен для людей, то все волонтеры вымерли бы как класс. Потому что мы сутками возимся с короновирусными котами.

Комитет ветеринарного контроля заявляет о том же. «Коронавирусная инфекция у семейства кошачьих имеет свой штамм, — поясняют ветеринары. — Данный штамм отличается от разновидности COVID-19, а также безопасен для людей».